Про перепись населения

Честно говоря, нынешняя перепись населения выглядит как констатация факта о том, что государство нихрена не умеет работать с информацией.

Я прошёл перепись на Госуслугах и не увидел ни одного вопроса, ответ на который нельзя было найти и без меня. Например, мой адрес, площадь квартиры, количество зарегистрированных человек, тип и возраст дома. Не было никакой нужды спрашивать про моё образование и образование моих детей, а также про место нашего рождения — это всё известно и лежит в соответствующих базах. Как и место моей работы, кстати. При большом желании можно также найти и реальное количество проживающих в квартире, точно установить родственные связи между ними, догадаться о домохозяйстве — совместное оно или раздельное. Также можно догадаться о том, какой язык я считаю своим основным. Даже вполне реально понять, какими ещё языками владею. И уж тем более не составит большого труда выяснить, как долго я проживаю в конкретном субъекте федерации.

По крупным территориальным единицам можно получить всю статистику в любом разрезе: пол, возраст, национальность, наличие семьи и детей, уровень доходов, место работы, маршруты перемещения, потребности. Хотя, есть подозрение, что насчёт потребностей государство и так всё прекрасно знает — очереди в школы, детские сады и больницы появились не сегодня с утра, как и дефицит кадров для них.

Короче, про любого человека можно выяснить всё. Или почти всё. Мне как-то плохо верится, что нельзя напрячься и скомпилировать необходимую информацию на основании массы источников, к которым у государства имеется доступ. И даже в самой глухой глуши у самых кочевых народов всё равно есть какие-то документы, выданные вполне себе официальными органами власти, эти люди получают какие-то пособия, участвуют в экономических отношениях. А если и нет, то процент таких блуждающих людей должен быть настолько мизерным, что он растворится в естественной статистической погрешности, которая неизбежно будет при переписи — живые люди всё равно не всех обойдут, не всё проверят, что-то не запишут.

Единственное, что мы, скорее всего, не сможем выявить цифровым образом, — это процент каких-нибудь джедаев, говорящих на редких диалектах клингонского языка. Но почему-то я уверен, что перепись проводится совсем не ради учёта подобных шизофреников.

Между тем, хорошо известно, что наш действующий премьер-министр Мишустин — человек, который хорошо дружит с цифровыми технологиями. Есть надежда на то, что нынешний ручной сбор данных является просто проверкой достоверности тех данных, что уже собрали воедино изо всех ведомственных и вневедомственных систем или вот-вот собираются это сделать. И когда выяснится, что государство умеет работать с БигДатой, то такая глобальная ручная перепись более не понадобится. В этом случае я спокоен.

Но если нет, то я озадачен.